Дыра вместо подушки: чем Кремль платит за войну в 2026 году

Апрель 2026-го. В отчёте, который цитирует The Moscow Times со ссылкой на данные Минфина, — сухая бухгалтерская строка: в ликвидной части Фонда национального благосостояния осталось около 4 трлн рублей, или $52,8 млрд. И вторая строка, куда важнее первой: в январе и феврале Минфин продавал из этой подушки примерно по 200 млрд рублей в месяц. Аналитики посчитали на калькуляторе, а не на кофейной гуще: при таком темпе резерв обнулится меньше чем за год.

Это и есть главный факт войны в 2026 году, который не показывают по федеральным каналам. Подушка, которую Кремль копил на нефтяные доходы двадцать лет, чтобы было чем заткнуть дыру в бюджете, — сама превратилась в дыру. Деньги из неё не откладывают, а жгут: на выплаты семьям погибших, на подписные бонусы контрактникам, на кредиты банкам, которые больше никто не хочет покупать по разумной цене.

Я пишу это из Одессы, где бюджет российского Минфина ощущается не цифрами в трлн рублей, а количеством «Шахедов» в небе. Но именно цифры Минфина, ЦБ РФ, Reuters и Bloomberg показывают то, что в Москве стараются не произносить вслух: денег на войну и на всё остальное одновременно уже не хватает. И решают эту проблему не сокращением войны, а сокращением «остального» — и карманов собственных граждан.

Подушка, которую распороли

Фонд национального благосостояния — это резерв, который российское государство собирало с нефтяных сверхдоходов на случай кризиса. К 2026 году кризис наступил, и оказалось, что резерва хватает ненадолго. По данным Минфина, которые приводит The Moscow Times, в апреле 2026-го ликвидная часть ФНБ — то, что реально можно потратить, а не бумажные доли в «Аэрофлоте» или РЖД, — оценивалась примерно в 4 трлн рублей.

Механизм устроен так: когда цена нефти Urals падает ниже заложенного в бюджетное правило порога — сейчас это $59 за баррель, — Минфин продаёт валюту и золото из ФНБ, чтобы закрыть недостачу. В январе и феврале 2026-го, когда Urals торговалась в районе $40–45 за баррель, продажи из фонда шли темпом около 200 млрд рублей в месяц. В конце февраля министр финансов Антон Силуанов пообещал, что «новые параметры правила будут объявлены в течение нескольких недель», — цитата, которую приводит Reuters. Формулировка чиновника, а не факт: по сути это означало, что старые параметры бюджет уже не выдерживают.

Апрельский скачок нефтяных цен — Urals почти до $100, по данным The Moscow Times, на фоне блокады Ормузского пролива Ираном — на время снял остроту: ЦБ возобновил покупки валюты в резервы. Но это разовая передышка, а не решение: как только цены откатились, откатилась и передышка. Подушка, которую распарывают быстрее, чем набивают, — не подушка уже, а дыра с наволочкой.

Дыра шире плана

Официальный план на 2026 год, утверждённый в бюджетном законе, — дефицит федерального бюджета в 3,8 трлн рублей, или 1,6% ВВП. Реальность разошлась с планом уже в январе. По данным Минфина, дефицит первого квартала составил 4,6 трлн рублей — больше, чем весь годовой лимит на двенадцать месяцев. К концу апреля дыра выросла до 5,8–6 трлн рублей, вдвое больше показателя годичной давности. К середине года, по данным The Moscow Times, дефицит первого полугодия почти достиг 6 трлн рублей ($77,4 млрд).

Для сравнения: весь 2025 год Россия закрыла с дефицитом в 5,6–5,7 трлн рублей — при том, что изначально планировался дефицит всего в 1,2 трлн. То есть уже второй год подряд правительство промахивается мимо собственного прогноза в разы, а не на проценты.

Дальше — хуже. В первом квартале доходы бюджета упали на 8,2%, до 8,3 трлн рублей, тогда как расходы выросли на 17%, до 12,9 трлн. Деньги уходят вдвое быстрее, чем приходят. Центробанк — не оппозиционный аналитик, а регулятор самого Кремля — в июле дал прогноз по итогам года: дефицит в 8,2 трлн рублей, как сообщает The Moscow Times, — больше чем вдвое выше первоначального плана. Замминистра финансов Ирина Окладникова в июне заявила: «Мы не считаем, что у нас бюджетный кризис. Бюджет исполняется по графику» — прямая цитата чиновницы, позиция стороны, а не факт: собственные цифры её же ведомства говорят об обратном.

Труба, которая усохла

Главный источник просевших доходов — нефть и газ. По данным Минфина, за январь–февраль 2026-го нефтегазовые поступления упали на 47% год к году, до 826 млрд рублей суммарно. В марте эта тенденция немного смягчилась на фоне ценового всплеска, но за первый квартал целиком нефтегазовые доходы всё равно рухнули на 45%, до 1,4 трлн рублей. За январь–апрель — 2,3 трлн рублей, спад на 38,3% год к году и лишь около четверти от годовой цели в 8,92 трлн рублей.

Причина не только в цене, но и в санкциях против конкретных компаний. 28 октября 2025 года США — впервые при Трампе — ввели санкции против «Роснефти» (5,2 млн баррелей в сутки, около 40% всей российской добычи) и «Лукойла» (1,6 млн баррелей в сутки); вступили в силу 21 ноября. Bloomberg в тот же день зафиксировал обвал премии на дальневосточную нефть ESPO: с премии больше $1 к Brent — до дисконта около $0,5 за баррель. «Лукойл» после санкций объявил форс-мажор в Ираке, заявил об убытке в $12 млрд по итогам 2025 года и списал зарубежные активы на $20,2 млрд — по отчётности компании, которую пересказывает The Moscow Times.

Дальше добавился Иран: в марте 2026-го Тегеран заблокировал Ормузский пролив (около 20% мировой нефти) — Urals кратковременно взлетела до $120 за баррель, а Трамп выдал временную лицензию на закупку российской нефти. К июню, когда пролив разблокировали, а лицензию не продлили в третий раз, Urals обвалилась обратно — ниже $65. Качели на нефтяном рынке для бюджета — это разница между «продержимся» и «жгём ФНБ».

Занять не у кого

Когда нефть не докармливает бюджет, а резерв тает, остаётся один инструмент — занимать. И здесь у Минфина буквально не покупают долг. По данным The Moscow Times, в июле 2026-го рынок гособлигаций (ОФЗ) посыпался: индекс RGBI — барометр цены российского госдолга — упал со 119 до 110 пунктов, минимум года. Доходность длинных ОФЗ поднялась выше 16,5% годовых — притом что ключевая ставка ЦБ уже снижена до 14%. Разрыв означает одно: инвесторы требуют огромную премию за риск.

Аукционы один за другим стали срываться. 24 июня аукцион отменили. 1 июля из запланированных 110 млрд рублей продали лишь 10,3 млрд. 8 и 15 июля — снова отмена, «из-за отсутствия приемлемых предложений». 21 июля Минфин объявил о бессрочной приостановке еженедельных аукционов ОФЗ — беспрецедентный шаг. Из плана в 1,5 трлн рублей на третий квартал фактически привлекли чистыми считаные 8,8 млрд — меньше процента от цели.

Дальше пошли обходные манёвры. 25 июля, как сообщает The Moscow Times, правительство переключилось на госбанки: разместило два новых выпуска ОФЗ на 500 млрд и 1 трлн рублей с погашением в 2037 и 2042 годах — бумаги для внутреннего рынка, где покупатель предсказуем и от него не убежишь. По оценке экономиста, которую приводит издание, до конца года нужно донабрать ещё 2–3 трлн рублей, чтобы закрыть перерасход военного бюджета в 4–5 трлн.

Платят все, кроме генералов

Пока Минфин ищет, у кого занять, счёт за войну выставляют внутри страны. С января 2026 года базовая ставка НДС выросла с 20% до 22% — эту цифру подтверждает публикация The Moscow Times о реформе. Из-под удара вывели пищевую промышленность — Госдума 14 апреля приняла временное освобождение от НДС для продуктового сектора до конца 2026 года, — но для большинства товаров это прямой рост цены для покупателя, а не для оборонного завода.

При этом «неприкасаемыми приоритетами» бюджета, по формулировке The Moscow Times, остаются оборона и социальные обязательства: под нож идёт всё остальное, экономисты оценивают необходимую экономию в 300–700 млрд рублей. Масштаб оборонной статьи виден из расчёта Reuters: в 2025 году расходы на национальную оборону планировались в 13,5 трлн рублей, а суммарно оборона и безопасность — около 40% всех госрасходов, 41,5 трлн. Reuters прямо указывает: цифра не включает траты по статье «внутренняя безопасность» и полностью засекреченные статьи. Сколько именно скрыто — по определению неизвестно; это структурная особенность бюджета, а не забытый факт: [НЕ ПРОВЕРЕНО: точная доля засекреченных расходов в бюджете именно 2026 года — открытых источников с этой цифрой найти не удалось].

Больнее всего просадка бьёт по регионам. Как заявил Силуанов в конце апреля — цитата чиновника, которую приводит The Moscow Times, — региональный дефицит вырос с обычных 200–300 млрд рублей до 1,5 трлн в 2025-м, а в 2026-м может достичь 1,9 трлн. Региональный долг — 3,5 трлн рублей, максимум за 15 лет. Хуже всего в Коми (налог на прибыль упал на 50%), Оренбуржье (-40%) и на Ямале (-38%). В феврале в десяти регионах учителям задерживали зарплату. А по опросам, которые упоминает The Moscow Times, 56% россиян в 2026-м говорят об ухудшении уровня жизни — максимум за двадцать лет, и это данные социологов, а не оценка редакции.

Что это значит

Ключевую ставку ЦБ снижает — с пика в 21% в октябре 2024-го до 14% на 24 июля 2026-го, десятое снижение подряд. Формально деньги дешевеют. Но реальная стоимость денег для государства — не 14%, а больше 16,5%: именно под такой процент у Минфина ещё готовы покупать долг. Инфляция при этом не побеждена: 5,9% на 20 июля, прогноз ЦБ на конец года пересмотрен вверх, до 6–7%, рост экономики обещают в 0–1% — стагнация в разгар войны, которую пропаганда называет «подъёмом ВПК».

А снаружи давят санкции. За неполный год Британия добавила к своему списку банк «Озон» (18-е место среди российских банков, активы 900 млрд рублей), шесть банков помельче, шесть танкеров «теневого флота» и судоуправляющую компанию из Индии — всего с 2022 года Лондон обложил санкциями больше 3400 физлиц, компаний и судов. Каждое новое имя в санкционном списке — это ещё один танкер, банк или судоуправляющая компания, которым сложнее найти партнёров для обхода ограничений, а значит, ещё один рубль, недополученный бюджетом.

Вот и весь баланс на август 2026 года. Подушки нет — есть дыра, которую латают займами у собственных госбанков под расписки, которые больше никто по своей воле не покупает. НДС платит бабушка в очереди за хлебом, а не полковник, распоряжающийся засекреченной строкой бюджета. И пока в Кремле выбирают между сокращением школьных завтраков в Коми и сокращением расходов на новую партию «Искандеров», выбор — можно даже не проверять по открытым источникам — уже сделан.